Атомная бомбардировка Хиросимы и Нагасаки.
 |
«Сегодня наша гордость не может не быть омрачена глубоким беспокойством. Если атомным бомбам будет суждено пополнить арсенал средств уничтожения, то неминуемо наступит время, когда человечество проклянет слова Лос-Аламос и Хиросима».
Роберт Оппенгеймер, после вручения ему грамоты «За заслуги», 1946 г. |
В начале 1939 года ученые Фредерик Жолио Кюри и Лео Сциллард почти одновременно предсказали возможность цепной ядерной реакции. А также это открытие совпало с интенсивной подготовкой второй мировой войны.
Физики, эмигрировавшие в США, испытывали озабоченность тем, что многие ученые, тесно связанные с проблемами ядерной физики, остались в Германии.
 |
Лео Сциллард (на фото справа)
и Эдвард Теллер убеждают Альберта
Эйштейна (на фото слева) подписать
письмо президенту Рузвельту. |
Ученый венгерского происхождения Лео Сциллард, выступивший в свое время инициатором соглашения между учеными-атомниками о прекращении публикования материалов по проблемам ядерной физики, в 1939 г. уговорил Альберта Эйнштейна подписать предостерегающее письмо президенту Рузвельту, в котором высказывалось опасение относительно величайшей катастрофы в том случае, если нацистам удастся изготовить атомную бомбу. Ученые на этом основании просили у американского правительства солидной материальной помощи для ускорения атомных исследований.
Письмо было написано 2 августа 1939 г. Передать его президенту взялся банкир Александр Сакс, американец русского происхождения, который был вхож в Белый дом. Письмо удалось передать лишь 11 октября и не произвело на президента особого впечатления. Как ни странно, на Рузвельта подействовал рассказ Сакса о Наполеоне, который прогнал Фултона с его проектом парохода и тем самым не смог использовать суда с новыми двигателями для вторжения в Англию.
После этого разговора Рузвельт вызвал своего военного помощника генерала Уотсона. Тем самым была запущена всесокрушающая военно-административная машина подготовки к созданию атомной бомбы.
Однако прошло два года, прежде чем правительство США в декабре 1941 года (надо понимать после нападения Японии на США) приняло решение о разработке ядерного оружия.
18 Июня 1942 полковник Джеймс Маршалл (James Marshall) получает приказ организовать производственную базу для объединения усилий ученых и инженеров по созданию ядерного оружия. Новая организация была создана в августе и получила название «Manhattan Engeineer District», в последствии просто «The Manhattan Project».
17 Сентября 1942 руководителем проекта был назначен полковник Лесли Ричард Гровс (Leslie Richard Groves). Собственно с этого дня и можно начинать отсчет активной фазы работ, которые будут продолжаться последующие три года.
 | Новоиспеченный генерал Гровс
берется за атомный проект. |
Сам Гровс по специальности ничего общего с ядерной физикой не имел. Это типичный представитель когорты «надзирателей в погонах», которых американское правительство наделяло чрезвычайными полномочиями и назначало на посты руководителей различных учреждений Манхэттенского проекта. Под их надзор попадали и ученые-атомники, и заводы, и научные лаборатории. Это делалось для того, чтобы иметь полную уверенность, что наука всегда сообразует свои шаги с политикой правящих кругов. Горячим сторонником таких методов руководства был и сам генерал Гровс. Он даже настоял на присвоении ему звания генерала, прежде чем его официально назначили руководителем Манхэттенского проекта. «Мне часто приходилось наблюдать, – замечает он, – что символы власти и ранги действуют на ученых сильнее, чем на военных».
После войны он хвастался журналистам, что ему удалось создать «изумительную машину» (атомную бомбу) с помощью «величайшей коллекции битых горшков». «Битыми горшками» для него были интеллигенты-ученые, среди которых оказалось немало ученых с мировым именем, лауреатов Нобелевской премии.
Гровс создал из руководимого им проекта нечто вроде государства в государстве, пользуясь огромными полномочиями и бесконтрольностью.
 |
Роберт Оппенгеймер – научный
руководитель Манхеттенского проекта. |
Гровс хотел назначить Лоренца руководителем работ по бомбе, однако Лоренц не оставил прежнее дело - проблему разделения изотопов урана, и выбор остановился на Оппенгеймере. В октябре 1942 Гровс предложил эту должность Оппенгеймеру и тот согласился.
Изначально Оппенгеймер не был в кругу ученых, избранных для этой работы. Э. Лоренц, директор радиационной лаборатории Калифорнийского университета, опасался его симпатий коммунистам. Но Оппенгеймер заверил Лоренца что не будет проблем с его принадлежностью к левым партиям и доказал это выходом из них. В Беркли он собрал вокруг себя команду из талантливых ученых, в том числе Эдварда Теллера и Ганса Бизе, эмигрантов из Германии. Однако коммунистических симпатий Оппенгеймеру не простили, и впоследствии ему пришлось отвечать на обвинение в «нелояльности» на судебном процессе в 1954 г.
 |
Объект К-25 – фабрика по обогащению урана, Оук Ридж, Теннеси. |
В 1942 году была основана крупнейшая в мире исследовательская лаборатория в Лос-Аламосе. Население этого научного города вскоре достигло 9 тысяч человек. По составу ученых, размаху научных экспериментов, числу привлекаемых к работе специалистов и рабочих Лос-Аламосская лаборатория не имела себе равных в мировой истории. «Манхэттенский проект» имел свою полицию, контрразведку, систему связи, склады, поселки, заводы, лаборатории, свой колоссальный бюджет.
Под руководством генерала Гровса были объединены все крупные атомные силы США и сотни тысяч техников и рабочих. Среди них были ученые высокого ранга: Лоуренс, Бете, Сиборг, Нир, Юри, Сцилард, Вигнер, Теллер. Не следует забывать также эмигрантов Ферми, Сегрэ, Дж. Франка. Позднее к ним примкнул Фриш и временами присоединялся Нильс Бор, который в 1943 году с трудом спасся бегством от преследований гестапо.
 |
Манхэттенский проект охраняла целая армия военной полиции – на фото один
из отрядов военной полиции Лос-Аламоса.
|
Атомная программа обошлась США в общей сложности в 2 млрд. долларов и завершилась созданием оружия принципиально новой мощности, ставшим символом и домокловым мечом новой эпохи в истории человечества, начавшейся после завершения Второй мировой войны. Первого, и пока единственного его применения оказалось достаточно, чтобы немедленно изменить стратегию ведения войн и политические планы всех государств мира, поставить перед человечеством целый ряд принципиально новых и нерешенных до сих пор цивилизационных вопросов.
Правительством Рузвельта политические и иные аспекты изготовления атомной бомбы не обсуждались, решение об учете атомного оружия в военном планировании было принято в апреле 1945 года, когда стало ясно, что работы находятся уже в заключительной стадии. С мая 1945 года высшее военное командование Соединенных Штатов включило ее в военные планы завершающего этапа войны на Тихом океане в качестве возможного оружия.
В середине июля Объединенный американо-английский разведывательный комитет представил свои рекомендации Объединенному комитету начальников штабов. Их суть сводилась к тому, что как только Советский Союз окажется в войне с Японией, то японское правительство, вероятно, захочет окончить войну на любых условиях. Американское высшее военное командование, учитывая это, усомнилось в том, что применение атомной бомбы необходимо в военных целях и приняло решение ограничиться только демонстрацией мощи нового оружия, взорвав бомбу либо над безлюдными местами, либо над Японским морем.
Но конечное решение о применении нового «чудо-оружия» находилось в руках политиков. Правительство пришедшего на смену Рузвельту президента Г. Трумэна рассматривало это оружие как главное средство, с помощью которого Соединенные Штаты могли диктовать свои условия всем другим странам на заключительном этапе войны и в начале послевоенного периода. Временный комитет под руководством некого Стимсона, созданный американским правительством для окончательного решения вопроса, 1 июня 1945 года высказался за то, чтобы использовать атомную бомбу против Японии «возможно скорее». Комитет ученых атомщиков, возглавлявшийся профессором Д. Франком, представил правительству доклад, в котором высказался против использования атомной бомбы. Ученые считали необходимым сначала продемонстрировать новое оружие в присутствии представителей держав – членов Организации Объединенных Наций, затем предъявить ультиматум Японии и, только если японское правительство отвергнет его, рассмотреть возможность применения атомной бомбы.
После разгрома фашистской Германии Япония уже не надеялась на победу. Она искала пути к мирным переговорам, чтобы закончить войну, – высший военный совет империи принял решение обратиться к Советскому правительству с просьбой о посредничестве в переговорах с Соединенными Штатами. Личное послание императора по этому поводу поручили доставить в Москву принцу Коноэ. Японскому посольству в Москве шифрованной радиограммой дали указания выяснить – согласны ли в Кремле принять императорского посланца принца Коноэ. Ответа не последовало – ни Сталина, ни Молотова в Москве не было, они уехали на совещание большой тройки в Потсдам.
Американские криптографы перехватили и эту радиограмму, отправленную из Токио в Москву японскому послу. В результате чего Пентагон стал еще энергичнее настаивать на ускорении испытания атомной бомбы.
 |  |
 | Аламагордо, штат Нью Мексико,
16/07/45 в 5:29:45 производится
успешное испытание заряда «Gadget»
(Испытание «Тринити»). | Оппенгеймер и Гровс в бывшем эпицентре
первого атомного взрыва. Справа–
мемориальная стела, установленная
в том же месте. |
16 июля 1945 года в пустыне в штате Нью-Мексико был проведен первый экспериментальный взрыв. Испытание бомбы святотатственно назвали «Троицей» (Trinity) – триединым господом Богом.
Журналист-летописец Лоуренс записал: «Это был такой солнечный восход, которого еще не видел мир; огромное зеленое суперсолнце, за какую-то долю секунды поднявшееся на высоту более трех километров и продолжавшее подниматься еще выше, пока оно не коснулось облаков, с поразительной яркостью осветило вокруг себя землю и небо. Через несколько секунд раздался оглушительный грохот взрыва. Пылающий огненный шар все увеличивался в размере, достиг полутора километров в диаметре и все еще продолжал шириться».
Кто-то воскликнул в панике: «Бог мой, они потеряли контроль над цепной реакцией!!» В небе на высоте двенадцати километров расплывался гриб атомного взрыва...
Роберт Оппенгеймер, скрестив на груди руки, молчаливо глядел на результаты своего труда. Журналист Лоуренс спросил его:
– Роберт, что вы чувствовали во время взрыва?
Оппенгеймер печально посмотрел на него и ответил фразой из священной книги индусов, называемой Бхагавад Гита:
– Я становлюсь Смертью, Потрясателем миров...
Но смертью становился не Оппенгеймер, а генерал Гровс. Ему поручили утвердить объекты для бомбардировки в Японии, потому что даже объединенная группа начальников штабов еще не знала о смертоносном оружии. Подрядчик-строитель начинал руководить атомной стратегией. Он остановился на четырех целях – японских городах Кокура, Хиросима, Киото и Ниигата.
 | Генерал Гровс выбирает объект для
нанесения удара. |
Генерал Гровс говорил:«Чтобы нам со всех сторон хорошенько взвесить эффект бомбы, мишень не должна быть повреждена предшествующими воздушными атаками…»При назначении объектов атомной бомбардировки Гровс руководствовался соображениями, весьма далекими от гуманности. Когда возникли возражения против Киото, он привел в доказательство своей правоты два аргумента: во-первых, этот город насчитывает больше миллиона населения, что, следовательно, обещает хороший эффект взрыва; во-вторых, он занимает огромную площадь, на которой вполне укладывается предполагаемый диаметр зоны разрушения. Одним словом, его очень устраивала площадь города для оценки мощности бомбы. Гровс долго настаивал на выборе этого объекта для первой атомной бомбардировки. Но на этот раз даже поощрявшие его настойчивость политические деятели увидели, что генерал перегнул палку. Впоследствии объекты для атомных ударов были уточнены и вместо Киото в список попал ныне получивший печальную известность город Нагасаки. Гровс поставил такое условие для первого в истории ядерного удара: он всего-навсего «должен быть достаточно зрелищным, чтобы значение оружия получило международное признание, когда пресс-материалы о нем поступят в обращение».
 | Аэрофотоснимок Хиросимы. |
К августу 1945 года любой город Японии мог быть признан одновременно и значимым с позиций принадлежности к военным центрам, и одновременно стратегически бесполезным – японские армия и флот находились в упадке, а экономика Японии – в руинах. Война была уже проиграна ими многократно, а капитуляция неизбежна, Хиросима и Нагасаки ничем и никого уже не снабжали, не производили оружия и не были узлами несуществующей, разбитой к тому времени повсеместно японской обороны.
Город Хиросима возник в дельте реки Отагава в 17 веке. Он расположен веерообразно, как бы повторяя форму дельты, и расширяется к югу в сторону внутреннего моря Сэтонайкай. В Хиросиме в годы войны находились многочисленные военные казармы, арсеналы, транспортные управления по перевозкам военных грузов. Пятая часть всего города находилась в распоряжении армии, и он являлся важнейшим городом военного значения во всем районе Кансай.
Время основания Нагасаки восходит к 16 веку. Так же, как и Хиросима, Нагасаки выполнял во время Тихоокеанской войны роль центра снабжения японской армии.
 | Президент Трумэн доволен, у него есть
«большая дубинка», а генералиссимусу
Сталину не до смеха.
Потсдамская конференция, 1/08/1945.
|
Сразу после успешного испытания ядерного оружия Трумэн собрал совещание, большинство участников которого во время дискуссии высказывались за немедленное использование атомной бомбы против Японии, приказ о чем был отдан президентом 24 июля.
Министр обороны Стимсон, решая вопрос о применении атомных бомб, делал упор на то, что им всегда следует исходить из той исторической роли, которую США должны будут играть после войны. Эту роль он понимал не иначе, как роль гегемона и законодателя. В распоряжении США в тот момент были две атомные бомбы, которые они торопились ввести в дело до вступления в войну с Японией СССР.
Бомбардировку Хиросимы было решено произвести 6 августа. Для бомбардировки была выделена эскадрилья из семи бомбардировщиков Б-29: три для наблюдения, один резервный на острове Иводзима, два для транспортировки научной аппаратуры и наблюдателей и один – самолет-носитель бомбы. Перед тем как сбросить бомбу, было проведено богослужение. Этот фарисейский ритуал должен был, очевидно, означать, что господь бог солидарен с сынами Америки и одобряет их братоубийственный шаг.
 |
 | Бомбардировщик накатывают на бомбовую яму
для подвески атомной бомбы. | «Малыш»(Littleboy) перед
подвеской на самолет. |
 | B-29 «Энола Гэй» выруливает на старт, чтобы внести свой «вклад»
в историю. |
6 августа в 2 часа 45 минут по местному времени бомбардировщик с личным названием «Энола Гей» с урановой бомбой «Малыш» на борту стартовал с острова Тиниан в направлении Японии.
«Энола Гей» вышел на Хиросиму на высоте 10 тысяч метров, и чуть позже восьми часов по японскому времени «Малыш» был сброшен на город. Вслед за этой бомбой были сброшены на парашютах приборы для определения эффективности бомбардировки.
 |  | «Толстяк» ( FatMan ) |
B-29 «Бокс кар». |
9 августа перед рассветом Б-29, известный под названием «Бокс кар», стартовал с Тиниана, имея на борту плутониевую бомбу «Толстяк». В качестве главной цели был намечен город Кокура (нынешний Китакюсю), а запасной целью – город Нагасаки. Самолет-носитель сопровождали два самолета наблюдения. Приблизившись к городу Кокура, пилот обнаружил, что, вопреки сообщению самолета метеослужбы, небо над городом по-крыто толстым слоем облаков и визуальное бомбометание невозможно. В районе Нагасаки тоже была сплошная облачность, но в последний момент экипаж самолета обнаружил «окно» и сбросил плутониевую бомбу с высоты 8800 метров.
 |  | Атомный взрыв над
Хиросимой. |
На месте Хиросимы осталось лишь выжженное
пепелище и редкие уцелевшие остовы зданий. |
Последствия этих событий были ужасны. Японская армия и флот, уже и так находившиеся на пороге краха, нисколько не стали слабее. Атомным взрывом только в Хиросиме было мгновенно убито около 80 тысяч человек, свыше 14 тысяч пропало без вести, более 37 тысяч было тяжело ранено и 235 тысяч получили травмы от светового излучения и проникающей радиации. Общее число убитых, раненых и пострадавших в двух городах превысило полмиллиона человек, не считая тех жертв, которые пострадали и будут страдать от остаточной радиации. Японский народ до сих пор испытывает на себе влияние последствий атомных бомбардировок.
 |  |
Аэрофотоснимки Хиросимы до и после атомной бомбардировки. |
Император Японии Хирохито, получив подробный отчет о последствиях этого удара, приказал правительству немедленно вести дело к окончанию войны.
Одновременно 10 августа правительство Японии заявило Америке через Швейцарское правительство протест, в котором предлагалось незамедлительно прекратить использование атомных бомб в войне с Японией, поскольку они представляют собой неслыханно мощное бесчеловечное оружие, а применения его является преступлением против человечества.
Неизвестно, что ответило на этот протест правительство США. День страшной трагедии Японии, день гибели сотен тысяч мирных ее граждан был днем их долгожданного триумфа, символом их мощи.
 |  | Экипаж «Энолы Гэй». |
Экипаж «Бокс кар». |
 | Генерал Спац вручает полковнику Тибицу Крест за ОТЛИЧНУЮ службу (DSC). |
Однако атомная бомбардировка во всем мире вызвала резкое осуждение и новую гонку вооружений – на сей раз ядерных.
 |
«Атомный дом» – мемориал жертвам
атомной бомбардировки в Хиросиме. |
«Если бы я знал», – говорил после войны Альберт Эйнштейн, – «что немцам не удастся создать атомную бомбу, я бы и пальцем не пошевельнул».
А вот мнение очевидца атомной бомбардировки, священника Джона Симеса, профессора философии Токийского Католического Университета:«Мне кажется логичным, что те, кто поддерживает всеобщую войну на уничтожение, в принципе не сетуют на действия против мирного населения. Трудность вопроса - может ли быть оправдана такая война в своей текущей форме, даже если она преследует праведные цели. Не имеет ли это материальное и духовное зло последствий, далеко превосходящих любую возможную пользу? Когда наши философы смогут дать ясный ответ на этот вопрос?»
Источники:
|
